Лоренцо.

                                      Давай, обсудим мы спокойно дело.

                                                                    Ромео.

                                      Как можешь ты судить о том, чего

                                      Не чувствуешь? Будь молод ты как я

                                      И будь твоей любовию Джульетта,

                                      И, только что женившись, ты убил бы

                                      Тибальта, и с ума как я сошел бы,

                                      И будь как я ты изгнан, ну, тогда

                                      Ты мог бы говорить, тогда ты мог бы

                                      Рвать волосы и по земле валяться,

                                      Как я теперь,

                                      Заранее свою могилу измеряя.

                                                                  Лоренцо.

                                      Встань! В дверь стучатся! Спрячься, добрый Ромео!

                                                          (Стук в двери).

                                                                    Ромео.

                                      Нет! Разве облака от пара вздохов

                                      Меня от глаз людских сокроют, может быть!

                                                                  (Стук).

                                                                  Лоренцо.

                                      Ты слышишь, как стучатся! Встань ты, Ромео!

                                      Тебя ведь схватят!

                                                                            Подождите.

                                                                                                Встань же!

                                      Ступай в мою рабочую!

                                                                                  Сейчас!

                                      О, господи! Что за безумство!

                                                                                                Тотчас!

                                      Кто так стучит? Откуда? Что угодно?

                                                  Кормилица (за дверями).

                                      Впустите-ко! Узнаете, с чем к вам я!

                                      Пришла я от синьоры от Джульетты.

                                                        Лоренцо (отворяя).

                                      Ну, так добро пожаловать! Идите!

                                                        Входит кормилица.

                                                                Кормилица.

                                      Ах, мой отец святой! Скажи, святой отец,

                                      Где муж моей синьоры, где тут Ромео?

                                                                  Лоренцо.

                                      Вон на земле он, пьян от слез своих.

                                                                Кормилица.

                                      Ну, вот совсем, как и моя синьора,

                                      Точнехонько!

                                                                  Лоренцо.

                                                                  О, горестное сходство!

                                      Плачевный вид!

                                                                Кормилица.

                                                                    Лежит она вот так же,

                                      Рыдает все да плачет, плачет да рыдает!

                                      Да встаньте, встаньте, если вы мужчина...

                                      Джульеттой вас я, ею заклинаю: встаньте.

                                      Что очень в охи вы вдались, да в ахи?

                                                                    Ромео.

                                      Кормилица!

                                                                Кормилица.

                                                                Синьор, синьор! Ведь все помрем мы!

                                                                    Ромео.

                                      Ты о Джульетте говорила? что с ней?

                                      О, лютого она убийцу видит

                                      Теперь во мне, который запятнал

                                      Цвет первый наших радостей такою

                                      Родной и близкой кровью? Где она?

                                      Что с ней? Что говорит о страсти тайной

                                      О нашей тайная моя жена?

                                                                Кормилица.

                                      Ах, ничего, синьор! А все лишь плачет-плачет!

                                      То на постелю бросится, то вскочит,

                                      Зовет Тибальта, Ромео вдруг кричит

                                      И бросится опять в постелю!

                                                                    Ромео.

                                                                                                Это имя,

                                      Как пуля из пищали смертоносной,

                                      Ее сражает, как рука моя сразила

                                      Проклятая ее родного... О! скажи мне,

                                      Скажи мне, падре: где, в которой части

                                      Состава моего презренной имя

                                      Сокрыто это? О, скажи, чтоб мог я

                                      Жилище ненавистное его

                                      Разрушить. (Хочет заколоться).

                                                                  Лоренцо.

                                                              Удержи отчаянную руку!

                                      Мужчина ль ты? По виду ты мужчина,

                                      Но по слезам ты женщина, а дикий

                                      Твой замысел достоин только зверя.

                                      О, баба безобразная под видом

                                      Мужчины! Или, хуже даже, зверь ты

                                      Чудовищный под видом обоих!

                                      Ты изумил меня: клянусь святым

                                      Я нашим орденом! В тебе я больше

                                      Предполагал характера и воли!

                                      Убил Тибальта, а теперь себя

                                      Убить ты хочешь и убить жену,

                                      Которая живет одним тобою!

                                      Ведь самого себя проклятью предаешь ты,

                                      Ругаешься над жизнью, небом и землею!

                                      Жизнь, небо и земля соединились

                                      В твоем рожденьи: ты от них от всех

                                      Отречься хочешь! Фуй!.. Ведь ты срамишь

                                      Любовь свою и красоту и ум!

                                      Как ростовщик богатствами владеешь

                                      Без пользы ты, как надо не умеешь

                                      Употреблять любовь и ум и красоту.

                                      Краса твоя - фигура восковая,

                                      Лишенная душевной силы мужа:

                                      Любовь твоя и клятва - вероломство,

                                      Убийство той, кого клялся любить ты;

                                      А ум твой разум, это украшенье

                                      Любви и красоты, - слепой вожак для них,

                                      И все равно теперь, что у солдата

                                      Неловкого в пороховнице порох;

                                      Он вспыхнул от оплошности твоей,

                                      И стал тебе в погибель, не в защиту.

                                      Ну, встань же, человек! - Жива твоя Джульетта,

                                      Из-за которой ты от горя умирал;